Изгнание из рая (выстраивая фрагменты текстов К. Г. Юнга)

Гравюра Маурица Корнелиса Эшера

Гравюра Маурица Корнелиса Эшера «Ангелы и демоны»

У концепции единства противоположностей, как и у магии, много имен: дуализм, первый закон диалектики, Инь-ян.

Принятие концепции дуализма гармонично вписывается в восточные религии, но входит в конфликт с европейскими установками. Дело в том, что принимая диалектический подход, мы говорим о принятии и своей светлой и темной стороны и примирении их, насколько это возможно. К. Г. Юнг видимо сам разделял дуалистичное мировоззрение и не случайно именно примирение со своим подсознанием является ключом к самоактуализации. А содержимое подсознания далеко от светлых и радостных образов, в его подвалах живет тень человека — все темное и вытесненное из сознания, а еще этажом ниже обитают древние и могучие силы — архетипы, каждый из которых дуалистичен, не измерим человеческой меркой, темен и светел одновременно.

Кстати, дуалистична природа не только у человека:

В процессе боговоплощения на место Отца приходит любящий Сын, но другим ликом Бога является Антихрист, Сатана. В конце Эона, который провиден в самом его начале в «Откровении Иоанна Богослова», Бог вновь обратил к человеку свой полный гнева и ярости лик. (Архетип и символ. К. Г. Юнг)

Внутренний мир человека состоит из невидимых внешнему наблюдателю желаний и сил, которые являются неотъемлемой частью нас. Кроме тени, всю жизнь нас сопровождает внутренний голос. В сочетании с совестью и ощущением внутреннего компаса, они создают невидимое ядро нашей личности, определяющее нашу жизнь в этом материальном мире. Одни считают, что это внутреннее содержимое изначально доброе и плохие и неправильные поступки озлобляют человека и делают его несчастным. Другие считают, что человек склонен ко злу и только общество и моральные нормы удерживают всех от безумия. Все мы склонны судить других по себе и проецировать на мир свою тень. Этого эффекта, на мой взгляд, не избежал и Юнг, который исследовал подсознательное в условиях внешне благопристойной Европы, где чем более приличным выглядело общество, тем большее безумие скапливалось в подвалах сознания, в итоге, выплеснувшись оттуда двумя войнами. Этим, как мне кажется, объясняется степень негативной оценки внутреннего мира человека. Возможно, в обществах где внешняя, бытовая жизнь не связана с подавлением своих темных порывов (например по причине жестокости и несправедливости общества с главенством правом сильного), в подсознание, парадоксальным образом, вытесняются мечты о покое, мире и добре. Юнг так пишет про природу совести (статья «Совесть с психологической точки зрения «):

«Человек без тени» — это, статистически, самый обычный человеческий тип: тот, кто воображает, что он действительно является только тем, что он озабочен знать о себе. К сожалению, ни так называемый религиозный деятель, ни человек науки не претендуют на какое-либо исключение из этого правила. Никто не даст гарантии, что им руководят лишь благородные побудительные причины. Себя знаешь иной раз слишком хорошо, чтобы фиглярствовать по поводу стопроцентности своих исключительно добрых намерений – до мозга костей альтруистичных. При самых благих наших деяниях за спиной всегда стоит дьявол, который отечески похлопывает нас по плечу и нашептывает: « Ты это сделал просто замечательно!» Если прислушаться к совести, то охватывает одиночество и становится слышным субъективный голос, о котором поначалу неизвестно, какие им движут мотивы. Совесть является автономным психическим фактором. Она ставит человеку требование: следуй своему внутреннему голосу, не бойся сбиться с пути. Можно не повиноваться этому приказу, но при этом испытывая тяжелое чувство измены. (…)

(…) В непосредственной близости к положительной или истинной совести стоит отрицательная, именуемая ложной, совесть. Соответственно она принимает имена дьявола, искусителя, соблазнителя, злого духа и т. д. С фактом этой близости сталкивается каждый отдающий себе отчет о своей совести. Он должен признаться, что мера добра в лучшем случае лишь не намного превосходит меру зла, если вообще превосходит. <…>

Обе формы совести, истинная и ложная, проистекают из одного источника, а потому близки по своей убедительности.

Этот внутренний голос, к послушанию которому нас принуждает совесть, является проявлением архетипа «Мудреца», который, как и другие, имеет дуалистичную природу. Вот что пишет про него Юнг в книге «Архетип и символ»:

Переживая этот архетип, современный человек сталкивается в своем опыте с древнейшим типом мышления, автономной деятельностью мышления, объектом которой является он сам. Гермес Трисмегист или Тот герметической литературы, Орфей из «Поимандреса» или родственного ему «Роimen» Гермы являются последующими формулировками того же самого опыта. Если бы имя «Люцифер» не обросло всякого рода предрассудками, оно полностью подходило бы этому архетипу. Я удовлетворился поэтому  такими его обозначениями, как «архетип старого мудреца» или «архетип смысла». Как и все архетипы, он имеет позитивный и негативный аспекты, в обсуждение которых я не хотел бы здесь вдаваться.

Однако в других сочинениях  Юнг развивает эту тему:

Внутренний голос доносит зло с такой соблазнительной убедительностью для того, чтобы люди поддались ему. Если ему хоть немного не поддаются, то это воображаемое зло оставляет нас равнодушными, и тогда невозможно ни обновление, ни исцеление. (Я называю зло внутреннего голоса «мнимым», что звучит слишком оптимистично.) Если Я полностью уступает внутреннему голосу, то его содержания действуют так, как если бы они были дьяволом, т.е. следует катастрофа. Если же Я уступает лишь отчасти и может спастись от полной поглощенности путем утверждения Самости, то оно может ассимилировать внутренний голос, и тогда окажется, что зло было лишь злой видимостью, а в действительности — носителем блага и просветления.

«Люциферическим» в самом исконном и недвусмысленном значении этого слова является внутренний голос, и потому он ставит человека перед радикальными моральными решениями, без которых он никогда не придет к осознанности и не сможет стать личностью. Часто в голосе глубин бывают парадоксально смешаны самое низкое и самое высокое, самое лучшее и самое гнусное, самое истинное и самое ложное. Такое смешение внезапно распахивает бездну смятения и отчаяния. Конечно, смешно, когда голос всеблагой и всеразрушительной природы обличают в злодействе. Если она кажется нам преимущественно злой, то это идет главным образом от старой истины: лучшее — враг хорошего. Было бы глупо пренебрегать традиционным благом, пока это еще возможно. Хорошее, к сожалению, не вечно остается хорошим, ибо иначе не было бы ничего лучшего. Если придет лучшее, то хорошее должно отступить. («Становление личности»)

…Есть глубокая мудрость в легенде о падении: это выражение смутного чувства, что высвобождение сознания «я» было поступком Люцифера. Вся история человечества состоит из конфликта между чувствами низменности и превосходства. Мудрость ищет средний путь между ними и платит за эту смелость сомнительной близостью к демоническому и звериному, которую легко неверно истолковать с моральной точки зрения. (Феноменология духа в сказках)

Таким образом, стремление к лучшему себе является причиной постоянной химической реакции между добром и злом в человеке. И если смотреть с такой точки зрения, разве не наивным кажется представление о том, что у доброго бога есть для нас райский сад, такой безопасный карман, куда можно вернуться, если мы будем себя хорошо вести.  Каждый из нас пережил изгнание из рая, сначала родившись из безопасного 9-месячного эдема, а потом и повзрослев и покинув родителей. В какой-то момент приходит время взрослеть и начинать думать своей головой, как бы не было болезненно расставаться с прошлым. И как бы мы не хотели в трудную минуту вернуться в безопасное детство, где всего было в изобилии и опасности останавливались бесконечной силой родителей — это невозможно, и даже сами родители, желая нам добра, этого не хотели бы для нас.

Да и как нам вернуться — отказавшись от своей тени, совести и внутреннего голоса или взяв их с собой? Если мы возьмем их с собой, то райский сад ничем не будет отличаться от мира вокруг нас, а если откажемся от них, то откажемся от самой своей природы, перестав быть людьми.

Человек не мог вечно жить в раю. Он бы не отличался тогда от животных, населяющих сад. Изгнание, бегство из рая — это взросление, необходимый этап на пути к себе. И ведь как часто расставание с родительским домом происходит так болезненно. Но как бы там ни было, процесс познания начался, и человек начал долгую дорогу к себе. Познание это не причина изгнания из рая, это цель начавшегося путешествия.

Быть собой значит быть предоставленным себе. Никогда не говорите, что быть собой — это удовольствие. Не будет радости, а долгие страдания, так как вы должны будете сами создавать себя. (Красная книга К. Г. Юнга)

И теперь вопрос состоит в том, продолжать ли идеализировать свою природу, продолжать ли мечтать об элизиуме детства или пора принять ответственность за свою жизнь на себя и трезво посмотреть в настоящее, приняв себя такими какие мы есть и начать строить то будущее, которое мы можем и хотим.

Осознавать и учиться жить вместе с Тенью – это судьба человека. (Тень. К. Г. Юнг)

Считается, что господь сказал: «Сотворим человека по образу нашему и по подобию нашему». Так может быть, это произошло буквально так? Не было «ошибки» грехопадения, просто человеку выпал шанс повзрослеть проживая миллиарды жизней и судеб, проворачиваясь в кармической мясорубке. (я опять возвращаюсь к рассказу Энди Вейра «Яйцо«)

– Смысл жизни, то, ради чего я создал эту вселенную, это чтобы ты развивался.
– Имеешь в виду человечество? Ты хочешь, чтобы человечество развивалось?
– Нет-нет, только ты. Я создал всю эту вселенную для тебя. С каждой новой жизнью ты растешь и развиваешься, превращаешься во всеобъемлющий интеллект.
– Только я? А как же остальные?
– Остальных не существует. В этой вселенной больше никого нет. Есть только ты и я.
Ты уставился на меня.
– Но все люди на Земле…
– Это все ты. Разные перевоплощения тебя.
– Я… Я – ВСЕ?
– Именно, – с удовлетворением заключил я и похлопал тебя по спине.
– Я – каждый человек, который когда-либо жил на Земле?
– И который когда-либо будет жить, да.
– Я Авраам Линкольн? – поразился ты.
– И ты Джон Вилкс Бут.
– Я Гитлер?
– И ты миллионы его жертв.
– Я Иисус?
– И ты каждый из его последователей.
Ты замолчал.
– Каждый раз, причиняя кому-то боль, ты причинял боль самому себе. Каждый раз, делая кому-то добро, ты делал добро себе. Каждый счастливый или грустный момент пребывания на Земле был испытан, или будет испытан только тобой.
Ты задумался.
– Зачем? – наконец спросил ты. – Для чего все это?
– Потому что однажды ты станешь таким, как я. Потому что ты и есть я. Ты часть меня. Ты дитя моё.
– Значит, я и есть Бог? – недоверчиво спросил ты.
– Нет, пока еще нет. Сейчас ты только зародыш. Ты растешь. Когда ты проживешь каждую человеческую жизнь на Земле во все времена, ты будешь готов родиться.
– Значит, вся вселенная, – изумленно
сказал ты,- это всего лишь…
– Яйцо, – подтвердил я. – А теперь тебе пора в новую жизнь.

Изгнание из рая (выстраивая фрагменты текстов К. Г. Юнга): 1 комментарий

  1. Захотелось оставить только улыбку и больше ничего не добавлять)
    соткать мысль из ощущений, лёгких намёков и столь стройную и ясную…

    Если сюда внести теорию уровней, то новый уровень изначально воспринимается как зло, как ограничение… На первом уровне мир един*… Это сама жизнь но и сам ад в чистом проявлении — рождение и пожирание… И так всё время происходит усложнение вплоть до 8го который кажется и вовсе врагом самой личности, способный погубить её… И вот здесь мне вновь приходит образ лестницы или энергоцепи…но одновременно это и лента мебиуса или нечто всё время выворачивающиеся … Сложно описать. И там «0» это то самое яйцо.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *